РОССИЙСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В ЭПОХУ ПЕРЕМЕН

Прошлый, 2025 год, не стал для российской промышленности прорывным, как предсказывали аналитики. Но он закрепил новое состояние сектора – режим адаптации, при котором предприятия учатся работать в условиях ограниченного роста, повышенных издержек и усложнённой логистики, одновременно перестраивая внутренние процессы и инвестиционные приоритеты. Выступая в мае этого года на съезде Союза машиностроителей, президент Российской Федерации Владимир Путин отметил: «У нашей промышленности, науки, образования огромный потенциал, прочная основа для нашего суверенного развития, для качественного экономического роста, формирования экономики предложения и современных рабочих мест, для обеспечения обороноспособности страны, наращивания высокотехнологичного экспорта».

Не было бы счастья...

Народная мудрость гласит, что трудности закаляют характер человека. То же можно сказать и про бизнес: слабый и неуверенный рухнет в одночасье, надёжный и перспективный выстоит в любой кризис. Мы это уже проходили, и не раз. Сейчас время и условия, конечно, сложнее, чем в те же 90-е, да и Россия сейчас не та, что прежде. И если не только западные, но и наши отечественные эксперты-«правдорубцы» ещё в прошлом году предрекали не просто стагнацию, а чуть ли не крах российской экономики и практически полную остановку промпроизводства в российских регионах, то сейчас их высказывания и осторожные оценки можно свести к одному, точнее единому мнению – «кто же мог предугадать, что всё так сложится». А вот могли. Например, доцент кафедры бизнес-аналитики Финансового университета при Правительстве РФ Евгений Сальников ещё в прошлом году высказал своё мнение, что перед российской промышленностью сейчас открывается беспрецедентное окно возможностей для глубокой технологической модернизации. Государственная политика, направленная на развитие полных производственных цепочек внутри страны, создаёт мощный стимул для отечественных разработчиков и инженеров. «Мы переходим от этапа простого импортозамещения к фазе настоящего технологического лидерства в ключевых отраслях. Это шанс для тысяч компаний – от стартапов до промышленных предприятий – стать создателями стандартов нового поколения, предлагая миру не просто аналоги, а прорывные продукты с улучшенными характеристиками», – высказывает в одном из интервью своё мнение доцент кафедры бизнес-аналитики. А его коллега, профессор того же университета Вера Плотникова, считает, что 2025 год можно смело назвать точкой бифуркации, откуда начинается путь к качественно новой промышленности. «Успех ждёт не тех, кто ностальгирует по старым моделям, а тех, кто обладает видением и смелостью действовать. Основные активы в этой новой реальности – интеллектуальный капитал, адаптивность и скорость принятия решений», – утверждает авторитетный бизнес-аналитик.

Фото: www.kremlin.ru

Глава государства, выступая перед участниками юбилейного X съезда Союза машиностроителей России, не просто отметил, что по итогам 2025 г. объём отечественного промышленного производства вырос и оказался на 12% выше уровня 2021 года, но и подчеркнул, что у наших производителей наметились отчётливые точки будущего роста. В.В. Путин заметил, что российские машиностроительные предприятия продолжают работать в сложных условиях, включая разрыв связей с иностранными контрагентами и внешнее давление со стороны недружественных стран. По его словам, компании смогли адаптироваться за счёт перестройки логистики, замены комплектующих и внедрения собственных технологических решений. По поводу последнего президент подчеркнул, что наши производители намерены не копировать зарубежные разработки, а создавать и осваивать новые виды конкурентной продукции. Среди приоритетных направлений глава государства назвал выпуск самолётов, железнодорожной и сельскохозяйственной техники, создание промышленных роботов, цифровых платформ, автономных систем и технологий искусственного интеллекта. Также В.В. Путин заявил, что Россия должна повысить скорость принятия решений в промышленности, потому что она не имеет права отставать от конкурентов. Помимо этого, по его словам, наша страна должна иметь собственные «технологические ключи» ко всем значимым производствам. Президент отметил, что нужно уходить от условных ограничений, которые мешают оперативно осваивать новые эффективные решения на производстве.

И особенно глава государства подчеркнул важность подготовки рабочих специалистов и инженерных кадров для промышленных предприятий страны. В.В. Путин отметил работу Союза машиностроителей России по подготовке инженерных кадров совместно с Минобрнауки России. По его словам, за последние пять лет через программы профориентации и подготовки прошли около 4 млн школьников, студентов и молодых инженеров. «Эта работа должна продолжаться, поскольку стране необходимы специалисты с современным инженерным мышлением для решения задач технологического развития», – заявил глава государства.

Для западных экспертов результаты неутешительны

Именно так, те, кто предрекал крах российской экономики в 2026 году, стали свидетелями статистических показателей промпроизводства за первое полугодие. Скептики этого не ожидали. Равномерными такие показатели, конечно, назвать нельзя, да, где-то рост, а где-то падение, но в целом то картина вполне себе оптимистичная. Отмечается рост в таких отраслях, как производство транспортных средств и оборудования (32,6%), лекарственных средств (13,9%), готовых металлических изделий (8,8%), компьютеров, электронных и оптических изделий (4,3%). Согласно прогнозу Минэкономики России, по итогам 2026 г. промпроизводство должно увеличиться на 0,6%, обработка – на 1%. По мнению премьер-министра РФ Михаила Мишустина, важно выйти на новый инвестиционный цикл в ближайшее время, не позднее 2027 г. Причём в этом году у нас наметился стабильный рост объёмов производства не только за счёт предприятий ОПК, что понятно в период проведения СВО, но и на предприятиях гражданского сектора. Например, в Калининградской области в промышленном кластере «Автотора» открыты новые заводы тяговых электродвигателей, автомобильных сидений, электронных систем управления, пластиковых деталей, оборудования и оснастки, а также завод компактных электромобилей. Предприятие «Челябинские строительно-дорожные машины» выпустило опытный образец нового 24-тонного бульдозера. В Йошкар-Оле запустили производство многослойных электронных печатных плат. А в Саратовской области – специализированную линию по изготовлению полимерных композитов. Объединённая двигателестроительная корпорация представила новый поршневой двигатель М105 для малой авиации. На заводе «Уральские локомотивы» завершена сварка кузовов головного моторного и второго немоторного вагонов первого российского высокоскоростного поезда. В Саратове запустили первое в России производство комплектующих из тугоплавких металлов для космической отрасли. В Дагестане – производство ковшовых гидротурбин для малых гидроэлектростанций. В Москве открыто производство комплектующих для компьютеров и сборочно-испытательный центр микросхем. А ещё Московский инновационный кластер запустил первый в России испытательный центр полного цикла тестирования робототехники и беспилотных систем. В Елабуге стартовала сборка прототипов обновлённого седана Aurus Senat. На БАМе успешно протестировали технологию машинного зрения для локомотивов. В Нижневартовске запущено производство специализированной техники для нефтегазодобычи. Перечислять можно долго. И всё перечисленное говорит о том, что в российских регионах промышленное производство не остановится.

И кстати, много лет отечественные эксперты указывали на то, что нам не стоит даже заикаться об импортозамещении в основных отраслях промышленного производства, пока не будет восстановлено отечественное станкостроение. Не то чтобы его уже восстановили, но тенденция просматривается. Например, предприятие «СтанкоМашСтрой» из Пензы запустило производство высокоточных обрабатывающих центров на новой промышленной площадке в Лыткарино Московской области. Холдинг «СТАН», входящий в «Ростех», начал серийный выпуск пятиосевого обрабатывающего центра VMB 800, предназначенного для авиационной промышленности. Помимо этого, предприятие запустило серийное производство двухосевых фрезерных голов ST-03 для работы с титаном. В Калининградской области вступил в строй завод сварочных роботов. В Свердловской области открыто производство инструмента для станков ЧПУ. В Челябинской области запустили производство зубчатых передач для металлообрабатывающих станков, в Нижнем Новгороде – производство пресс-форм для автомобилестроения. В Санкт-Петербурге – новое производство промышленных роботов и автоматизированных транспортных систем. В Москве открыли линию по выпуску 3D-принтеров для печати металлом. Последние два пункта, возможно, к станкостроению прямого отношения не имеют, но к производству промышленной продукции – самое непосредственное.

И что же мы имеем в результате? А в результате у нас июльские конъюнктурные опросы от Института народнохозяйственного прогнозирования РАН фиксируют признаки стабилизации ситуации в промышленном секторе. Индекс промышленного оптимизма вырос после достижения локального минимума в марте 2026 г., предприятия стали чуть лучше оценивать спрос, сократились запасы готовой продукции, а планы выпуска вернулись к нейтральным значениям. Российские промышленники планируют не снижать темпов роста промышленного производства и работать на перспективу.

Что в перспективе?

По данным аналитического центра при правительстве России, сейчас сформированы восемь нацпроектов по обеспечению технологического лидерства до 2030 г. Среди них: «Средства производства и автоматизации» – для увеличения объёмов производства и поставки роботов разного назначения, примерно до 40 тыс. единиц; «Новые материалы и химия» – для воссоздания 55 критически важных технологических цепочек и обеспечения прироста добавленной стоимости примерно на 1 трлн рублей; «Промышленное обеспечение транспортной мобильности» – для создания конвейерного производства спутниковых аппаратов в рамках космического направления; «Новые технологии сбережения здоровья» – для достижения 80% технологической независимости РФ в медицине; «Технологическое обеспечение продовольственной безопасности» – для развития генетики и селекции, увеличения выпуска ветеринарных вакцин, препаратов, ферментов, пищевых и кормовых добавок для животных; «Новые атомные и энергетические технологии» – для разработки технологий реакторов малой мощности; «Биоэкономика» – для консолидации микробиологической промышленности и отрасли биотехнологий и обеспечения выпуска здоровой продукции; «Беспилотные авиационные системы» – для пятикратного увеличения производства и выхода на уровень независимости в 70% к 2030 г. По словам первого заместителя председателя правительства РФ Дениса Мантурова, до 2030 г. на эти проекты будет направлено порядка 3 трлн рублей.

Эксперты считают, что в ближайшие годы, начиная с нынешнего, доминирующим трендом станет не одна технология, а их конвергенция. На первый план выходит «интеллектуальная автоматизация» – симбиоз роботизированных систем и ИИ, способных к адаптивному принятию решений на основе данных с датчиков в реальном времени. В ближайшие три года промышленность будет переходить от «цифровизации ради контроля» к фазе «цифровизации ради роста производительности». Победят те технологии, которые дают конкретный экономический эффект: снижение себестоимости, рост стабильности и управляемости процессов. Особую роль приобретает переход от автоматизации отдельных операций к автоматизации контекста. Этому способствует распространение специализированных процессоров (NPU, DPU) на периферии, непосредственно в цехах, что позволяет обрабатывать данные без задержек и снижать зависимость от централизованных мощностей. Устойчивые периферийные вычислительные модули стали доступнее, и это открывает путь к масштабированию IIoT-решений. Также многие отечественные эксперты сходятся во мнении, что на нынешнем этапе системным риском для предприятий является нехватка рабочих и инженеров. Руководители предприятий на местах также часто указывают на то, что нехватка квалифицированных инженеров, технологов и наладчиков – это проблема номер один на производстве. Специалисты же в вопросах подготовки кадров для промышленных предприятий, в свою очередь, напоминают, что они уже давно указывали на острую необходимость введения в вузах и среднетехнических учебных заведениях таких факультетов, на которых готовили бы специалистов, представляющих собой гибрид «физик + data scientist», способных работать и с оборудованием, и с данными. Российские предприятия уже столкнулись с тем, что новые инженерные роли становятся центром управления производительностью. Особенно востребованы: цифровые технологи, инженеры-ди-агносты, специалисты по интеграции ERP–MES–ТОиР, аналитики, работающие с KPI и OEE. Из-за рубежа таких специалистов не завести, хотя бы потому, что в странах СНГ их нет, а если и есть, то их «и дома неплохо кормят», как, впрочем, и в дальнем зарубежье. Значит, решать проблему нужно на местах, то есть в самих российских регионах. Помочь это сделать могут корпоративные инженерные школы и партнёрства с вузами.

Таким образом, российские эксперты и аналитики приходят к мнению, что нынешний год не обещает промышленности лёгких побед. Есть высказывание, приписываемое Конфуцию, которое звучит так: «Не дай вам Бог жить в эпоху перемен». А российская промышленность сейчас как раз переживает эту самую эпоху, время, когда накопленные за последние годы решения проходят стресс-тест на применимость, окупаемость и отказоустойчивость. Оптимистический прогноз гласит – промышленность будет перестраиваться эволюционно, без рывков, основной фокус – экономика решений и устойчивость цепочек. Пессимистический – выживут только те, кто и сейчас твёрдо стоит на ногах и не боится принимать смелых решений. Общий же вывод и оптимистов и пессимистов – победят те технологии, которые дают конкретный эффект, выиграют те руководители предприятий, которые умеют управлять цифрами и людьми.